Главный экономист ВЭБ Андрей Клепач лишился должности после того, как в СМИ разошлась фраза из его майского выступления в Никитском клубе: "В этой войне на истощение мы не выиграем конкуренцию". По данным СМИ, именно это высказывание стало причиной его увольнения. Высокопоставленный экономист из государственной структуры позволил себе усомниться в неизбежности русской победы — и ему "указали на дверь". Но что же на самом деле нужно для Победы в СВО? Экономисты и военные составили списки. И вот в чём они сошлись.
Однако гораздо интереснее не сама эта фраза Клепача, вырванная из стенограммы, а вопрос о том, почему он пришёл к такому выводу. Если посмотреть на всю дискуссию с участием ведущих экономистов, речь идёт не о варианте «всё пропало» и не о сомнениях в способности России выстоять. Речь о вполне конкретной экономической математике: русский капитал продолжает уходить во внешний мир, тогда как западные страны направляют Украине деньги, оружие и технологии.
Отсюда возникает и более широкий вопрос: что именно необходимо России для победы в длительном противостоянии? И здесь экономисты фактически сходятся с военными экспертами. Речь идёт о технологическом развитии, инвестициях, доступном капитале, эффективном государственном управлении, защищённом частном бизнесе, человеческом капитале, современной промышленности и способности быстро перестраивать систему под меняющиеся условия.
Победа требует развития
В дискуссиях об СВО часто говорят о необходимости верить в Победу и сохранять уверенность в своих силах. Но для затяжного противостояния этого недостаточно. Условия победы можно разложить на вполне конкретные составляющие.
Первое из них сформулировал Клепач: Россия должна не просто выстоять, а развиваться. Это принципиально разные вещи.
Российская экономика действительно продемонстрировала устойчивость. Она пережила почти полное отключение от западной финансовой системы, санкции, разрыв логистических цепочек и уход иностранных компаний. Бизнес во многих случаях самостоятельно нашёл новые маршруты, поставщиков и рынки сбыта. Экономика не рухнула и продолжила работать.
Но способность удерживаться на месте ещё не означает способность выигрывать соревнование. Можно долго не падать, однако при этом постепенно отставать от противника в технологиях, производительности и качестве человеческого капитала. В долгом противостоянии такое отставание становится самостоятельной угрозой.
Победа требует инвестиций
Следующий вопрос — деньги. Станки изнашиваются, электростанции стареют, производственные линии устаревают, а технологии требуют постоянного обновления. Экономика не может бесконечно существовать за счёт уже накопленного ресурса: его необходимо воспроизводить и наращивать.
Именно здесь Клепач обращает внимание на парадокс российской политики в условиях военного времени. По его словам, реальная процентная ставка в России остаётся одной из самых высоких в мире — около 8–9%. В этом отношении страна находится рядом с Бразилией, хотя Бразилия не находится под санкциями и не участвует в военном конфликте.
Для сравнения он приводит США: во время войны в Корее реальная ставка была нулевой или даже отрицательной, а во время войны во Вьетнаме составляла примерно 1–1,5%.
Клепач считает уникальной ситуацию, при которой Россия одновременно направляет огромные средства на оборонную промышленность и дорогими деньгами сдерживает гражданскую экономику. Получается своеобразное внутреннее противоречие: государство требует развития производства, но стоимость капитала делает инвестиции значительно сложнее.
Победа требует понятного будущего
Однако одной дешёвой ставки недостаточно. Главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев указывает на другую проблему — неопределённость.
По его словам, исследования показывают, что среди главных факторов, сдерживающих предпринимательскую активность, постоянно оказываются неопределённость экономической ситуации и высокая налоговая нагрузка.
Как показывали последние результаты исследований, приоритетными проблемами всегда были неопределённость экономической ситуации и высокая налоговая нагрузка. И это действительно существеннее сдерживает предпринимательскую активность.
Для бизнеса принципиально важно понимать, что будет через несколько лет. Даже если кредит завтра станет дешевле, предприниматель должен понимать, что произойдёт с налогами, правилами работы и его собственностью. Если срок окупаемости предприятия составляет годы, а правила меняются быстрее, инвестиционный горизонт становится практически невозможным.
Победа требует самостоятельной экономики
Ещё одна проблема — зависимость предпринимательской активности от государства. Экономист, профессор РЭУ Елена Устюжанина, ссылаясь в том числе на работы Вячеслава Дементьева, отмечает, что значительная часть бизнеса ориентирована не столько на инвестиции и инновации, сколько на получение государственных ресурсов.
В современной России большая часть предпринимательской активности сосредоточена не на инвестициях, не на внедрении инноваций, а на перераспределении в свою пользу государственных потоков через национальные проекты, государственные заказы и другие формы государственного финансирования.
Логика в этом случае меняется. Предприниматель думает не только о том, что производить, кому продавать и как обойти конкурентов по качеству и цене. Он вынужден искать государственную программу, выяснять, кто распределяет деньги, и добиваться доступа к финансированию.
В результате конкуренция постепенно перемещается с рынка в коридоры ведомств. Такая система может обеспечивать выполнение отдельных государственных задач, но одновременно создаёт риск, что предпринимательский ресурс будет расходоваться на борьбу за распределение денег, а не на создание новых продуктов и технологий.
И именно здесь экономический разговор неожиданно пересекается с военным.
Военная победа тоже требует перестройки
Полковник запаса, автор книги «Клаузевиц и пустота» Андрей Пинчук сформулировал собственный список условий военной победы в СВО. На первом месте у него стоит контроль неба. Далее — доминирование беспилотных систем на земле, в воздухе, на воде и в космосе, прорывное развитие военного искусственного интеллекта, изменение боевой подготовки, уставов и наставлений с учётом новых реалий.
Отдельно Пинчук выделяет трансформацию системы военного снабжения, в том числе прямую связь между боевыми подразделениями и производителями и поставщиками. Среди его условий также — рациональный алгоритм достижения военной цели с расчётом необходимых сил и средств, трансформация цифровых систем, аудит морского флота и воздушных сил, включение кибервойск в единое пространство боевой работы.
Наконец, в его списке есть пункт, который выходит за рамки непосредственно военной техники: формирование понятного образа будущего после победы России — в том числе для украинского общества.
Если поставить рядом два списка — экономистов и военного эксперта, — различия окажутся в основном терминологическими.
Экономисты говорят об инвестициях, технологиях, эффективном государственном управлении, человеческом капитале, защите предпринимательства, современной промышленности, обратной связи и развитии.
Военный говорит о беспилотниках, искусственном интеллекте, новых системах управления, логистике, цифровизации, изменении уставов, расчёте ресурсов, ясной военной цели и образе будущего.
На первый взгляд это совершенно разные наборы требований. Но по сути они описывают одну и ту же проблему.
И в экономике, и на войне решающим становится способность системы быстро адаптироваться, учиться на собственных ошибках, создавать новые технологии, эффективно распределять ресурсы и перестраиваться быстрее противника.
Можно иметь достаточные ресурсы и при этом проигрывать в скорости их использования. Можно сохранять устойчивость экономики, но постепенно отставать технологически. Можно производить большое количество вооружений, но не успевать менять способы их применения вслед за противником.
Поэтому вопрос о Победе в конечном счёте упирается не только в объём выделенных денег, количество вооружений или размер промышленного производства. Он упирается в способность всей системы развиваться.
Именно это — способность адаптироваться, быстро учиться, собирать ресурсы, создавать новые технологии и перестраиваться быстрее противника — и называется развитием.
Продолжение темы — в эксклюзивном материале обозревателя Царьграда Ивана Прохорова «Россия финансирует мир, мир финансирует Украину: Главный экономист ВЭБа раскрыл правду и лишился должности»